Buster Keaton

жесткая селекция

в меню наутилуса есть салат "море. небо. облака", к слову, он из морепродуктов. название салата конечно отсылает к известной песне земфиры - "небо. море. облака". появление такого названия наверное связано прежде всего с любовью (или экс-любовью) к женскому року / яаааа-женщинааааа-с-гитарррррой /.

у меня была возможность убрать это название из меню. но я не стал. и не только как дань русско-лесбийской культуре, с которой я был связан очень много лет, а скорее из-за строчки в этой песни: "эти серые лица мне не внушают доверия".

в перми практически нет хипстеров. они есть. но их мало. основная молодежь ориентирована на поп-культуру. одно зрелище дневной (уместно ли сказать вечеринки) радио рекорд / которая проходит в рамках месячного фестиваля белые ночи в перми / вызывает не то чтобы смущение или разочарование, а скорее ненависть. сраное электро. сраный коммерческий хаус. и только голый торс афроамериканца ведущего хоть как-то оправдывает шоу.

в перми есть арт. тот самый арт, с которым я встретился в питере, когда я только туда приехал. когда люди не имея никаких формальных канонов пытаются что-то сделать классное. но получается у них это редко, потому что, в общем, они занимаются изобретением велосипеда.

эти люди мне близки по духу. мне кажется я сам был почти таким. но как-то раз я попал в магазин zara / это было 4-5 лет надад /. тогда он мне показался дико дорогим, но я решил, что буду одеваться там, по-возможности (что сейчас кажется даже немного смешным).

в своем арте пермь достигла определенных вершин (в основном стараниями гельмана). говорят раньше в каждом трамвае была запись экскурсии, которая рассказывала про город от остановки до остановки / но жители решили, что это отвлекает их от собственных мыслей и экскурсии выключили /. а музей современного искусства permm - пока что лучшая коллекция из подобных, которую я видел в россии. вот только одна проблема - основная масса посетителей плохо одевается. и не потому что для них содержание важнее формы. а потому, что у них нет ни вкуса, ни массмаркета.

но есть наджеда. в перми уже открылась первая zara. ассортимент в ней только почему-то в 100500 раз меньше чем в питере (про испанию вообще тут говорить неуместно), а вот цены - дорогие. еще в перми не так давно открылся mcdonalds и там было куча местных мажоров. они ждали и для них это пока еще круто. я встречался уже с этим в калуге. но это вопрос времени. скоро все станут "более лучше одеваться". и маленькое комьюнити, людей открывших симпатичные мне места - бар speakeasy и кофейню redcups, может стать уверенными 10% процентами молодежи. и привнести - возможно самое главное недостающее - вкус.

основная проблема россии - это отсутствие вкуса. у нас есть красивая природа, но когда дело касается человеческого фактора, русский человек пасует и вместо дома строит панельную коробку. я объявляю свой личный протест панельным коробкам. я объявляю протест безвкусице.

в перми есть местная шутка - градация: есть пешеход, человек на жигули и человек / то есть на иномарке /.

но говорят, уже появилась шайка снобов-велосипедистов на фиксах, которая никак не вписывается в эту градацию. я не очень люблю снобов, но я знаю, что это примета. если где-то вместе собралась кучка снобов - жди культурной революции.

пусть мой текст будет обращением. в том числе к самому себе.

давайте развивать свой собственный вкус. давайте учиться селекции. давайте будем друзьями, хотя бы в этом.

Buster Keaton

free pussy riot

время мечтательных юношей и девушек закончилось. прошый декабрь перевернул всю былую жизнь нашей страны. каждый день становится на один человек больше, который говорит, что политика и мое дело тоже. страна ждет новых декабристов. страна хочет новых жертв. и как бы хотелось уехать, если бы все это не превращалось в страшное интригующее веселье. 
я не могу относится к этому серьзно. потому что это уже истерия. это не весело, потому что это забавно. это весело, потому что кажется, что такое в принципе невозможно в человечестве. от чего и более интригующее. истерия становится историей.

он-лайн трансляция из зала суда. вы можете относится к этому не как к кино? это что-то там - за экраном. а дома нет этих страшных демонов, сатанистов и судьи сычевой. это все где-то далеко. это все не по-настоящему. и ты понимаешь что это ужас. это кошмар. бесконечный дурной сон. но лучшее что можно сделать - это распить бутылку вина и пойти танцевать в дом быта. отпраздновать свою свободу. пока дурной сон не пришел в твой дом.

one, two freddy's coming for you,
three, four, better lock your door,
five, six, grab your crucifix,
seven, eight, gonna stay up late,
nine, ten never sleep again...

Buster Keaton

секс в большом городе в 1968




чудесной отрывок из фильма май цеттерлинг 'женщины' 1968 года.

4 шведские красивые женщины ставят в театре пьесу аристофана и борятся за эмансипацию.
думаю, 'секс в большом городе' никогда бы не появился без такой благородной почвы.
только раньше феминистические фильмы снимали феминистки, а теперь / что 'секс в большом городе', что 'ешь молись люби' / снимают открытые геи. отчего они становятся чуть слащавей и сентиментальней, а значит и более популярными.


Buster Keaton

быть охуенным - не быть охуевшим, потому что даже у фрукта есть сердцевина.

при разговоре с ним я чувствовал себя удивительно гармонично.
до такой степени что ощущалось благородное превосходство.
все мое созанине было спокойно. к черту его, - подумал я и распрощался.

я вспомнил лепестки роз и тех, кто меня раздражает.
к черту их, - подумал я, - видимо скоро настанет время и с ними распрощаться.
я вспомнил тех, кто мне дорог, начиная со старших, заканчивая младшими. 
и мысленно пожелал им избавиться от ненависти к ксении собчак
и оставаться, как прежде, на моей волне. 

а мне оставалось немногое: начать ремонт и закончить сессию.
это значит что впереди целая эпоха и чуть больше 100 квадратных метров,
рулоны винтажных обоев и чуть больше 100 произведений киноискусства.

все это приносит мне удивительную радость. даже больше – большую радость.
во мне есть силы и отличные мыслеформы. а что в тебе? мы станем друзьями?
Buster Keaton

почему никто не научил быть молодым



мне очень хочется познакомит вас с замечательными ребятами из Питера - братьями Плетневыми
уверен, они вам понравятся

ifwe вызывают у меня эмоции схожие с просмотром хоум-видео из детства, где мне 5-6 лет.
это удивительная ностальгия по тому что случилось и по тому что не случилось.
ностальгия по детству мечте, дружбе, фантикам и северному солнцу.

в этом нет ни глупости, ни депресии, ни протеста или пошлости.
зато есть абсолютно современный спокойный лиричный / может даже меланхоличный / взгляд живого  человека. 
есть друзья, семья, романтическая героиня и даже немного Бога.
есть большая мечта о счастье на нашей улице. или даже желание уехать туда / в пространство вечного спокойного счастья - артхетип возвращения / где "есть лето круглый год" - конечно же в Стокгольм. 



пожалуй, ifwe на сегоднящний день практически единственная русскоязычная группа, которая мне кажется актуальной
Buster Keaton

a chair is still a chair

иногда случается так, что внезапно вдруг узнаешь о себе слишком много,
узнаешь очень простую вещь, что ты равен своим намерениям.
ты и не доброй и не злой. ты скорее пустой.
все что у тебя есть это несколько представлений в которые ты веришь.

ты веришь что если у тебя что-то случится - то ты позвонишь своему заветному человеку /будь то мама или любовник или лучший друг/ и скажешь: приезжай, выручай. но с тобой случается и ты не звонишь.
ты веришь что он позвонит сам. но ты знаешь что не позвонит.

ты узнаешь что тело очень текучее и тебе очень сложно держать его целиком в нужное время в нужном месте.
ты узнаешь в зеркале свое отражение, но ты понимаешь что это не ты, что у него даже другое лицо.

ты узнаешь в своем потоке мыслей себя из прошлого: в год, три, семь, пятнадцать и двадцать.
ты просишь поскорее промотать этот фильм. за три часа проживая все то, что случилось с тобой за 21.

ты знаешь в твоей голове очень много всего и там сплошной хаос. все эти ассоциации. все это подсознание. это целый космос, целая вселенная.
тебе одиноко в ней. ты в ней единственный бог.
ты начинаешь создавать другие образы: пространство, время, природу, животных, Адама и Еву и змея для них, чтобы не было слишком скучно. они развиваются, пытаются думать.
и тебе так хочется чтобы они были настоящими, реальными, живыми.
тебе хочется зацепиться за кого-то живого и остаться с ними, остановить бесконечный поток ассоциаций.
взять за руку, обнять, положить на него свою голову, сказать что ты сдаешься перед своими мыслями.
сказать что пожалуй твои мысли сильнее тебя, но ты все равно хочешь остаться с ним.
сказать что ты готов поменять свою девственную пустоту на звуки Эллы Фиджеральд и Битлз.
Buster Keaton

heima

есть один фильм, который я считаю абсолютным волшебством
в предверии осеннего выхода Sigur Ros Inni – моя майская статья про Heima

«Heima»: Сказка об Исландии.
Есть такие фильмы, посмотрев которые всего один раз, понимаешь, что просто непременно должен посетить страну, где происходило действие. И если, посмотрев фильм с Роком Хадсоном и Дорис Дэй, отчетливо осознаешь, что пока не изобрели машину времени, в Америку 50-ых никак не перенестись, то после просмотра фильма о котором пойдет речь дальше, максимум проблем будет с получением визы и приобретением билета на самолет. Сказка совсем рядом. В Исландии.

«Heima» задумывался как обыкновенный фильм-отчет о музыкальном туре группы «Sigur Ros», который обыкновенно делают рок-группы для поклонников их творчества. Необычность заключалась лишь в том, что группа решила сделать тур по своей родной стране Исландии, включая не только крупные города, но и все маленькие деревушки. К слову сказать, население всей страны примерно 300 000 человек (что схоже с населением одного среднестатистеского провинциального города России). И как говорится в фильме «Кричащие шедевры» (фильм представляет собой обзор Исландской музыкальной культуры) «почти все они (300 000 человек), похоже, играют или поют в каком-нибудь музыкальном коллективе». Для съемок фильма «Heima» был привлечен американский режиссер Дин Деблуа, снявший до этого две части полнометражного диснеевского мультфильма «Лило и Стич», а позже - «Как приручить дракона» (фильм занимает 28ое место в рейтинге top250 kinopoisk.ru). Неудивительно что режиссер сказок легко и просто превратил обычный фильм-концерт в настоящее волшебство.

«Heima» переводится как «Дом». Слоган фильма звучит следующим образом: «дань людям и местам, которые создают понятие «дом»». «Heima» - это фильм о любви к родной стране, а значит и о ней самой, о людях которые там живут, традициях с которыми они живут и о той в природе, в которой они живут. Одним словом «Heima» - это фильм об Исландии. С другой стороны нужно четко понимать, что снят он американским режиссером и ориентирован на европейского зрителя. Впрочем, это возможно даже и неважно по то простой причине, что понять творчество группы Sigur Ros практически невозможно обычному европейцу через тексты песен, так как они наполовину исландском, а на вторую вообще на несуществующем нигде в мире языке, придуманным солистом группы. Лишь только в интервью изредка проскакивает английская речь, но в ней музыканты всего на всего рассказывают о том как они волнуются и как счастливы играть дома. Основная же смысловая нагрузка как раз находится в сфере визуального пространства фильма, что конечно весьма необычно для фильма-концерта и говорит именно об авторской позиции режиссера, о попытке рассказать о нечто большем, чем то что было бы переводом текста песен Sigur Ros. А визуальный язык практически универсален.

Повествование фильма состоит из нескольких основных потоков: интервью с музыкантами, виды Исландии и ее жителей, исполнении музыкальных композиций и мастерская, в которой чернилами на белом листе бумаге выводят названия композиций. Но точные границы провести естественно невозможно. Просто потому что сами концертные площадки Sigur Ros ― это и есть виды Исландии. Концерт может проходить в поле или у подножия горы, или возле типичного исландского деревенского домика, окруженного забавными статуями. Группа приезжает в какое-то селение и собирает на своем концерте всю деревню. Люди собирается возле больших костров. Они одеты в теплые исландские свитера с национальным орнаментом. Стоит обратить на одежду (как самой группы, так и жителей) ― она абсолютно не броская, а половина гардероба вообще не изменилась с прошлого века. Рядом сидят и старики и дети. Складывается ощущение, что Исландию не тронула массовая культура, до нее не дошел американский миф о превосходстве юности над старостью. Один неописуемо зрелищный кадр овец (даже овец!), пасущихся на склоне горы, снимает все характерные для европейского сознания вопросы бытия и просто переносит в другую систему координат. Туда где нет плохого и хорошего, нет понятий «да» и «нет», а просто есть первозданная красота. Кажется, что у оператора даже не возникает в голове мысли, что снимать и как построить композицию кадра. У него уже есть врожденное чувство гармонии, руководствуюсь которым, он превращает обычные горы и деревни в живописные пейзажи. Кадры выступлений абсолютно органично монтируются с кадрами исландской природы или с кадрами-наблюдениями за жителями этой маленькой страны.

Во всем фильме «Heima» летает дух пантеистического восприятия мира. В Исландии одной из двух официальных религий является Асатру. Это неоязыческая вера, пытающаяся возродить дохристианские европейские верования. Последователи Асатру считают, что именно в природе присутствуют божественные силы, - что есть в музыке Sigur Ros, представляющей собой направление postrock, что есть и в визуальной составляющей фильма. Тема пантеизма подхватывается и в сюжетном развитии фильма, Sigur Ros приезжают к одному исландскому музыканту, который сооружает им музыкальный инструмент из камней, которые он собирает на горе. Самый настоящей природный звук.

Виды Исландии представляют собой этакие живые открытки. Скажем, Вам показывают обыкновенное море с совершенно обыкновенными детьми, бегающим по нему. Но от этого невозможно оторвать глаз. Это красиво в жизни, это красиво и в кино. Где бы не проходил концерт Sigur Ros в крупной городе на центральной площади, в клубе, в деревенском домике или на берегу моря, там всегда много детей. И их лица показывают нам крупным планом. Также как крупным планом показывают рядом с детьми сидящих стариков на семейном ужине. На столе красиво и аккуратно уложены национальные блюда. Все сидят за одним большим столом, все оставляют обувь у входа (много, очень много пар обуви), - таков обычай, его никто не нарушает и мы видим под столом множество пар ног: в колготках, в носках, без носков. Люди сидят, общаются, пьют пиво. Их лица не выражают ни тоску, ни большую радость. Они просто собрались вместе.

Их жизнь именна и привлекательна тем, что нескучна в свой обыденности. Они сохранили традиции. Все выглядит настоящим, не наигранным, люди ведут себя так же как бы вели без камеры. В этом и есть уникальность и красота фильма: в идеальных (с точки зрения цветопередачи и композиции) кадре, красив сам кадр, а не американская сальная улыбка.

Десять веков назад, их почти не тронуло христианство, сейчас их не трогает массовая культура. Хотя у каждого дома есть и интернет, и шестнадцать каналов телевидения. Как будто у них есть национальный иммунитет, причиной которому служит историческое развитие страны. В Исландии до сих пор основным ремеслом является рыболовство и натуральное хозяйство. Жители Исландии никогда не воевали с другими странами и народами, зато они вечно находились в сражении с природой (бесконечные извержения вулканов, землетрясения, наводнения и снежные бури), они изучали природу, пытались с ней договорится. Они изучают ее и пытаются договорится с ней до сих пор. Конечно же с помощью музыки. Концерт ― есть тот самый ритуал общения с богами. Bjork, Sigur Ros, Mum - это лишь верхушка айсберга, как говорилось выше ― в Исландии больше 2/3 населения музыканты. Исландские группы как и направление postrock стали известны по всему миру. Более того именно исландская музыкальная культура претендует на реальную альтернативу массовой культуре. Возможно как раз благодаря своему этноцентризму.

Фильм «Heima» ждал большой успех и признание во всем мире. До сих пор множество петербургских киноклубов показывают его и собирают полные залы. Правда в том, что в русском сознании (конечно уже скорее подсознании) тоже есть пантеистические мифы, но вот только у нас они уж сильно зашифрованы и запрятаны. Россия, как государство, с самого создания всегда ориентировалась на запад, начиная все больше и больше привносить модные течения: модные религии, модные языки, модные костюмы. Возможно было бы снять нам свою «Heim-у»? - вопрос остается открытым. Возможно ли документально запечатлеть в России ее простую красоту, возможно ли найти в России русское невооруженным взглядом, да так чтобы еще и получилось не пошло? И если ответ будет «нет», то причина не в плохой политике, экономике и грязи на улицах, а в том, что мы просто не умеем любить в себе русское, просто потому что уже плохо помним, что оно из себя представляет. А если и вспоминаем валенки, да матрешки, то это уже скорее шарж о самих себе, конечно мало похожий на любовь.


Buster Keaton

сибирское лето

сегодня был идеальный день.
в нем было столько жизни, сколько в жизни есть жизни.
с его солцем, ветром, запахом.
и этими абсолютно красивыми абсолютно обычными людьми.

сегодня я был влюблен, разочарован, очарован.
я видел много. слишком много.
я был нереально счастлив.
реальность была настолька четка графична гармонична.
в ней была поэзия.
целые поэмы по три строчки каждая.

это был приморский город.
обычный северный приморский город.
в котором летом можно подумать, что здесь никогда не бывает снега.

это был день. когда я перестал мечтать.
лишь потому что счастье было не в каком-то определенном человеке, 
не в каком-то определенном деле. и даже не в деньгах.

оно было в черном дико сладком кофе.
и этом запахе сибирского лета.
и этой воздушной розовой вате на небе.

оно было растворено как мартни в крови.
оно пьянило меня и не обязывало делать что-то определенное.
Buster Keaton

deep oblivion

чтобы идти дальше нужно было оставить все мечты в прошлом.
даже те самые с которыми человек идет всю жизнь.
никаких достижений. никаких прекрасных отношений. никаких гуляний и праздников.
нужно было освободить сердце для того чтобы оно могло творить.
нужно было выключить внутренний телевизор, встать с дивана и начать делать что-то.

</div>
Buster Keaton

воображая мужчину

слово то какое "мужчина" - почти овчина, почти как слоган "мужчина - секс без причины"
почти как рассыпанные по полю зеленые и красные яблоки
и ты бежишь в своих воздушных одеяниях в своих трусах белых
и хочется хочется тебе быть чем-то счастьем
чтобы просто твое присутствие простое присутствие осчастливило кого-нибудь
чтобы это было твоим простым небесным предназначеньем
просто жить и нести кому-то счастье
а мужчинам редко это нужно. мужчинам редко нужно что-то конкретное
лишь иногда после 30 из-за возрастной меланхолии
кто-то /вероятно уже/ не такой красивый угостит тебя коктейлем
но ты не хочешь быть его счастьем
ты хочешь быть счастьем красивого свежего юного
и положить все в блендер йогурт клубника корица
и отрезать воротники у всех футболок
сидеть и плакать / очень тихонько /
о том что счастье /на самом деле/ не было так возможно так близко